Корпоративный календарь. Февраль.

Категория: В попку

Наташка забежала в студию и сходу ринулась к Максу.

— Покажи-покажи-покажи!! — затараторила она. — Покажи Светкины фотки!

Макс лениво дотопал до фотоаппарата и показал ей нашу работу на небольшом экранчике. Наташка запрыгала и захлопала в ладоши от экстаза, как будто радости её не было предела.

— Светка классная! Естественно, с её сиськами-то легко-о… Но вы меня чтобы не ужаснее сфотали, окей?

Мы утомилось кивнули. Я достал собственный альбом и показал наброски Февраля, Июня и Октября, которые Наташке предстояло изобразить. Она восхищенно кивала вослед моим объяснениям и будто бы уже была готова приступать. Макс включил освещение, я замкнул дверь, а Наташа стала раздеваться.

Она была низкая, но фигуристая- прямые темные волосы шёлковыми волнами колыхались в такт её движениям, а зелёные глаза экзальтированно сверкали, когда она посматривала в нашу сторону. Мы же, видимо всё ещё под впечатлением от секса со Светланой, нескромно рассматривали её тело.

— Ну ребята, не нужно так пялиться. — смутилась Наташка. — Я вам не порнозвезда какая, дайте одежку снять расслабленно.

Мы пришли в себя и смущенно отвернулись. Я полюбовался её прекрасной фигурой по памяти: мне приглянулись её роскошные ножки с прекрасными щиколотками и осторожными пальчиками, узкие плечи с такими трогательными ямочками у шеи, и совершенно белоснежное, гладкое декольте. Там должно быть очень лаского и гладко, подумалось мне.

Наташка стянула через голову своё темное платьице, скинула туфельки, сняла колготки и взялась за бюстгальтер. Из-под узорчатых получашечек показались маленькие белоснежные груди роскошной формы, с торчащими чуток ввысь и в стороны сосочками. Женщина мимолетно посмотрела на нас и, убедившись, что мы отвернулись, чуток покрутила сосочки пальцами. Сосочки возбужденно натужились в ответ.

Она еле слышно вздохнула и потянула трусики вниз. Я смотрел в отражение на абажуре железной лампы-осветителя: темные трусики скользнули по тонким девичьим ножкам, Наташа сделала обыденные манипуляции и через секунду эти трусики уже аккуратненько лежали на стопке одежки.

Февраль мы снимали на диванчике: Наташа растянулась всем телом и чуток прикрыла глаза, показывая расслабленное наслаждение. Шёлковые ленты пересекали её тело на искосок, как поток воды либо порыв ветра. Макс пробовал делать снимки с различных ракурсов, а я держал зеркало-отражатель и рассматривал даму.

Её интимные темные волосики были выстрижены в соблазнительную полосочку. Нежно-белый треугольник лобка и темная полосочка совместно казались стрелкой, указывающей вниз, на священную глубину. Прочно сжатые ножки чуток собрали складочки интимных губ совместно, будто бы в щёлочку. Мне вдруг захотелось развести Наташкины круглые коленки в стороны и выяснить, что все-таки там, в продолжении этой щёлочки.

Ножки от коленок и до пальчиков были сама красота. Мелкие, роскошные, с очень женственными извивами, они приковывали взор. Я указал Максу на ракурс, откуда эти ножки представлялись в самом соблазнительном свете, и он немедля снял целую серию кадров.

Живот девицы был практически стопроцентно укрыт лентами, и я на уровне мыслей отрисовывал для себя, какой он во всей красоте: округленный, с осторожным пупочком и притягивающими впадинками с 2-ух сторон, нежный-нежный на ощупь. В таковой приятно уткнуться лицом и почувствать его мягкость и беззащитность.

Её грудь я рассматривал длительно и с наслаждением. Она была меньше Светиной, и в данной позе практически стопроцентно соединилась с телом, превратившись в два низких холма, но сосочки всё так же гордо торчали, напоминая две крохотные круглые виноградинки, спрятанные в разноцветных лентах. Ареалы вокруг сосочков почему-либо тоже чуток выпирали ввысь, усиливая чувство упругости сосков.

Я вспомнил, как возбужденные Светины соски перекатывались в моих пальцах, и прикрыл глаза от наслаждения. Позже с вожделением поглядел на Наташу: эти роскошные сосочки должны быть никак более отзывчивы к мужским ласкам. Я нехотя отогнал наваждение и достал эксиз Июня.

Июньская сцена смотрелась так, как если б Наташа обессиленно лежала, изогнувшись дугой на руках у невидимого мужчины: голова запрокинута вспять и вниз, одна ножка вытянута вперёд и вниз, 2-ая согнута в коленке и ориентирована коленкой ввысь, упираясь пальчиками в коленку первой.

До того как прикрыть девичьи красоты лентами, я на мгновение полюбовался её интимными губами: темнорозовые лепестки роскошно изгибались, чуть касаясь друг дружку, и чуток блестели влагой. Холодная лента скользнула по ним, скатываясь на пол, и Наташа еле приметно вздрогнула.

Октябрь снимать было веселее: Наташа изгибалась под потоками лент, будто бы бы принимая душ, а Макс пробовал отыскать успешный ракурс. Я был должен стоять на табуретке в тени и изображать лентами струи воды. Рассматривать Наташку у меня не было времени, зато она могла созидать меня полностью, в особенности в районе пояса, потому я как мог старался подавить возбуждение.

Когда Макс наконец отыскал ракурс, в каком Наташкина милая попа смотрелась более презентабельно, и сделал последние снимки, я спрыгнул с табуретки и принялся на коленязх собирать у ног девицы случаем упавшие ленты. Она, в то же время, никак не торопилась мне посодействовать: напротив, вдруг стала передо мной и что-то полушепотом спросила.

Я поднял глаза и уткнулся взором в её черную полосочку. Образумился, поднял взор выше и на уровне мыслей очертил полушария грудей, нависающих нужно мной. Ещё раз образумился и поглядел ей в глаза:

— Что ты произнесла?

— Ммм, когда вы уже сделаете это? — она будто бы засмущалась. — Ну, как со Светкой…

— Как ты додумалась?

Она рассмеялась.

— Да здесь таковой запах спермы, что даже британская царица догадается. И Светка вся зияющая вылетела, как после неплохого перепихона.

— Пере… — слово застряло у меня в горле, так как я не знал, что сказать и что далее делать. Наташа вдруг чуток шагнула вперед и её нежное лоно задело моего лица. Я подсознательно вдохнул глубже магический запах девичьего тела. Позже поднял руки, сжал в ладонях Наташкину попу и крепче придавил к для себя её ноги, зарывшись в их лицом.

Темная полосочка щекотала мне нос, мои губки целовали самый верх её интимных губ, а мои руки мяли нежные и бархатные девичьи ягодицы. Наташка положила руки мне на волосы и погладила меня по голове. Я покрывал поцелуями весь её лобок, прислушиваясь, как срывается её дыхание от каждого касания моих жарких губ. Её пальчики плутали в моих волосах.

Я отпустил её сладкую попу и повел ладонями по её телу ввысь, к груди, всё так же продолжая целовать девичий треугольничек. Чуток смял мягенькие, роскошные груди в ладонях и нащупал соски. Очень очертил их пальцами, а позже сжал, с удовольствием ощущая, как они чуток сильее набухают у меня в руках. Я мял нежную девичью грудь и целовал этот открытый и наивный лобок, забыв обо всём.

Внезапно мои руки были изгнаны чужими ладонями: Макс подошёл к Наташе сзади, захватил её полушария в свои руки и стал целовать её шейку и плечи. Я опустил руки на её ягодицы и опять занялся ими.

Макс в конце концов развернул Наташу, слившись с ней в поцелуе, а я пользовался моментом, чтоб раздеться. Меня возбудила картина страсти: оголенная женщина, стоящая ко мне спиной, в объятиях и поцелуе припавшая к мужчине в джинсах и рубахе, прочно сжимающем своими грубыми ладонями её нежные ягодицы. В некий момент Наташа вдруг вжалась в Макса ещё посильнее, обвив его собственной роскошной ножкой.

Мой член уже стоял, как каменный, и я изнемогал от возбуждения. Я не без труда отнял Наташу у Макса, развернул к для себя и приник к её губам: они были мокры от поцелуев, но безрассудно сладки и отзывчивы к моим ласкам. Наташа прижалась ко мне, позже чуток отпрянула, наткнувшись животом на торчащий член, а позже прижалась ещё крепче, даря моему жаркому стволу чуть прохлады собственного тела.

Я схватил её на руки и отнес …на наш диванчик. Положил попой на широкий локотник, закинул ножки для себя на плечи и с удовольствием, медлительно погрузил член в её сочащуюся жаркой влагой глубину. Она показалась мне уже, чем Светлана, и будто бы горячее снутри. Мокроватые стеночки, казалось, пульсировали, отвечая на толчки моего члена. Головка двигалась снутри, и я ясно ощущал всю нежность и трепет девичьего тела.

Откуда-то появился Макс, уже совершенно нагой, и присел рядом с Наташей. Та схватила его возбужденный ствол, некое время голубила ладошками яйца и поглаживала член, оголяя головку и закрывая её опять. Позже вдруг изловчилась, повернула голову и захватила мокроватую гладкую головку Максового члена в собственный ротик.

Я с наслаждением следил, как Наташа голубит Максов ствол и играет с его яичками. Мне будто бы передавалась часть его чувств: вот холодная девичья ладошка чуток приподнимает яйца и лаского поглаживает их, вот её пальчики обхватывают ствол у основания и сжимают его покрепче. Макс закатывает глаза, а я на уровне мыслей чувствую то же, что и он: ласковый, напористый девичий ротик, нежно обрабатывающий головку члена.

Я с двойной энергией штурмовал мокроватую Наташкину глубину: мой член заходил и выходил всё активнее, а ртом я изловил роскошную девичью ступню и посасывал её нежные пальчики. Наташка приятно постанывала, или от наслаждения, или щекочущих чувств в пальчиках ног.

Макс придвинулся к Наташе ближе, положил ладонь ей на затылок и стал сам погружать член ей в рот, задавая ритм. Женщина закрыла глаза и ловила ствол губками, направляя его точнее. Мощнейший, мокроватый от слюны мужской член скользил в её губках туда-сюда, её щечки то чуток раздувались, то впадали. Она посасывала его и голубила основание свободной ладошкой.

Вдруг Макс тормознул,: похоже, Наташа смеялась. Он стопроцентно вытащил член из её ротика и она расхохоталась совершенно. Позже приподняла пальчиками Максово достоинство и со хохотом показала мне на красноватое пятнышко у самых яиц:

— Светкина помада, полностью. Я помаду ощутила, а это не моя.

Мы снисходительно улыбнулись: да, дескать, ты не 1-ая сейчас. Воспользовавший паузой, я перевернул Наташку и поставил на четвереньки. Так Максу было удобнее подавать ей собственный член, а мне нравилась смена позы: мой свой ствол проникал поглубже, и в то же время я с наслаждением рассматривал обворожительную девичью попу.

Вдруг шальная идея пронзила меня: проведя рукою меж бедрами девицы, я набрал её сока и обильно смазал кружочек её ануса. Наташа никак не отреагировала — неплохой символ, поразмыслил я. Ещё чуть-чуть помассировав её анус, я смазал средний палец слюной и медлительно протолкнул его на одну фалангу вовнутрь девичьей попы. Попа приятно сжималась и разжималась, выталкивая незнакомца, и я задрожал от удовольствия, представив для себя, как эти же пульсации будут приятны моему члену.

Я продвинул палец ещё поглубже. К моему удивлению, Наташа никак не протестовала. Кончик пальца попал в пустоту, а колечки ануса всё так же плотно сжимались и разжимались вокруг остальной части вторгшегося негодяя. Я чуток нажал вниз и ощутил собственный свой член, скользящий за узкой перегородкой снутри девичьего тела. Гибкий ствол резко погружался вглубь, отталкивая мой дальний палец за стеночкой, и опять выходил. Мне казалось, что я даже чувствую подушечкой пальца неровность головки, когда практически вынимаю член.

Я сделал несколько радиальных движений, стараясь расслабить девичью неприступную звездочку, и в то же самое время стал вгонять собственный ствол посильнее и поглубже. Наташа застонала громче. Макс, похоже, с энтузиазмом смотрел за моими манипуляциями.

Я вытащил член из жаркого и сочного влагалища, весь скользкий и мокроватый от смазки, и медлительно вынул собственный палец из девичьей попы. Не давая попе отдохнуть, приставил головку к анусу и так же медлительно начал её погружать. Наташа закончила сосать Максов ствол и застыла.

Я ощутил, как вокруг головки сжалось тугое кольцо мускул. Они враждебно пульсировали, выталкивая чувствительную головку наружу, и это было возбуждающе приятно. Я погрузил её ещё на полсантиметра поглубже и ощутил, как пульсации окутали её стопроцентно. Подождал малость, и вот девичья попа чуток успокоилась — она уже не так сопротивлялась вторжению.

Последующий сантиметр дался мне просто: головка проскользнула вовнутрь, и сейчас тугое кольцо приятно обхватывало ствол. Член заскользил поглубже, и мне показалось, что он находится в узкой упругой трубочке, очень сжимающей его у основания. Пару минут я услаждался этим упругим чувством и пониманием того, что трахаю ранее труднодоступную мне сотрудницу в зад. Я ухмыльнулся и сделал несколько движений тазом, чувствуя всей длиной члена сопротивление девичьей попы.

Наташа тем временем опять взялась за Максов член. Она приподнимала его ввысь, чтоб пролизать по всей длине от яичек и до кончика, она оголяла головку и лизала её как эскимо. Она погружала член в рот и прочно сжимала ствол ладонью. Макс некое время завороженно смотрел, как мой член таранит запрещенную девичью дырочку, а позже закрыл глаза стал услаждаться Наташкиным минетом. Его руки легли ей на голову и стали насаживать её всё поглубже.

Через пару минут сладостной пытки Макс не выдержал и разрядился в вялый Наташин ротик. Я восхищенно смотрел, как она позволяет ему получить последние капли наслаждения: она лаского поглаживала губами пульсирующую и всё ещё истекающую спермой головку. Макс погладил Наташу по голове, позже в один момент наклонился, поцеловал в губки и откинулся на спинку дивана в изнеможении.

Я тоже не мог больше сдерживаться и стал кончать снутри девичьей попы. Я ясно ощущал, как мой ствол пульсирует, выталкивая сперму снутри не по привычке узенького отверстия, как она проталкивается и выстреливает снутри, заливая стены. Наташа тоже что-то почувствала и сжала анус, перемешав мое чувство удовольствия с чувством боли. Я медлительно извлек собственный уже чуток обмякший орган: попа опять запульсировала, освобождаясь от незваного гостя.

Наташка повалилась на бок, положив голову Максу на колени, прямо рядом с поникшим членом. Она отдыхала пару минут, позже вдруг пробудилась, бойко поцеловала Максового бойца на прощанье и встала:

— У вас ещё куча работы, а я вам здесь мешаю. Пока, мальчишки! Надеюсь, вам было так же отлично, как мне?

Мы замычали, изображая наслаждение, и закивали головами. Наташка приложила палец к губам:

— Чтобы никому ни слова! И проветрите здесь.

Через минутку она уже была одета, а через две её уже не было в комнате. Мы поглядели друг на друга:

— Последующая фотосессия не ранее чем завтра, окей?

Мы кивнули друг дружке и поплелись одеваться. Сил не было совсем.

Добавить комментарий