Мария Николаевна или просто Манюня

Категория: Измена

Манюня, в миру Мария Николаевна. исполняла обязанности начальника опорного пт милиции. Дама юная, но с жестким нравом, привыкла управлять, не вытерпела над собой власти со строны парней. Незапятнанная эмансипе. Ее предшественница и начальница была в декретном отпуске. Дамы время от времени рождают, так предписано природой, и от этого никуда не деться. По последней мере до того времени, пока не научатся зачинать и растить малышей в пробирке. Но даже если дамы и закончат рождать, сексом заниматься люди не закончат.

Маша была другого представления и мы нередко спорили, когда я входил в опорный по делам службы либо просто так, поболтать. Мне нравилось доводить ее. Она шипела рассерженной кошкой и только-только не плевалась, утверждая, что все мужчины самцы, не думающие ни о чем, не считая секса. Все же что-то у нас было общего, либо, напротив, мы были полной противоположностью. Вроде бы там не было, но мы сдружились. Пару раз прогуливались в кино, я получил предложение на чай. В гостях вел себя обходительно, в хозяйские занавески не сморкался, чай на скатерку не проливал.

Посиживали чинно, обходительно вели беседу. При расставании получил в щечку братский либо, быстрее, сестринский поцелуй и ответил таким же образом. Далее — больше. Манюня оказалась большой любительницей посасаться, в смысле поцелуев. Всякий раз она красилась новейшей помадой, предлагая оценить вкус и запах. Сосалась она классно. Ее язык жил отдельной жизнью, порхая у меня во рту, исследуя мельчайшие закуточки. Замирал, предлагая пососать его, и вновь вырывался на свободу. С течением времени Манюня, хоть и выражала неудовольствие, позволила мне залезать к ней в титеньки, ублажать их.

Позже я получил возможность лапать писюню, правда через трусики. Она брала какое-то сумасшедшее белье со всякими прибамбасами и стала показывать его при комфортном случае. С пришествием теплой погоды я начал возить Машутку на природу, на реку. Установилась пора и в трусики залезть. Целуясь и не хотя отрываться от этого приятного занятия, Маша попробовала убрать мою руку, но я был настойчив и она смирилась. А позже Машенька оголилась, мотивируя тем, что некие грубияны просто могут разорвать трусики, стоящие солидный средств.

Я мог лапать ее, ласкать руками сколько желал. Она кончала. Она даже дрочила мне и позволяла спускать на ее живот, когда лежала на спине, либо на попку, поточнее в ягодички, когда лежала на боку, спиной ко мне. Только вот выебать ее в полном смысле этого слова мне не позволялось. Девственность Маня растеряла еще во времена комсомольской молодости либо некоторое время назад, в чем я имел возможность убедиться, просовывая в пизду пальцы и ублажая Марусину похоть таким макаром, а вот всунуть на разрешала.

В целях борьбы с угонами транспорта, начальство объявило ночной рейд, разрешив использовать свои машины и даже приветствуя это. Мария Николаевна выразила горячее желание быть участницей рейда. Зам по сторю предложил высадить ее в какой-либо экипаж, но я, геройски выпятив грудь, взял ее в свою машину. Ночь прокатались впустую. Урки взяли отгул и не мешали ментам носиться по городку, как собакам с репьем под хостом. Мелочь косопузая, устрашенная количеством мигалок, посиживала по домам, время от времени высматривая из-за занавесок.

Жираф большой, ему видней и мы катались, жгли бензин. Нацеловавшись с Машей в кустиках на пустыре, намяв ей титьки и письку, поехал сдавать результаты работы. Отчитались и были отпущены по домам. Нам даже объявили выходной. Маня, посетовав, что никогда не была у меня в гостях, напросилась на чай. Какой чай после практически суток работы? Вот конкретно, спать бы лечь быстрее. Ополоснулись и легли. Маня постирала трусики, повесив их сушиться в ванне и легла в кровать, оставив на для себя только шелковую комбинацию.

Юное поколение даже и имени такового не знает, не то, что предмет туалета, составляющий гордость дамы. Заснули обнявшись, как супруги после золотой женитьбы. Вялость давала о для себя знать.

Пробудился. В окошко светит солнце. Рядом сопит Машутка, упершись попкой мне куда-то практически под мышку. Сорочка задралась выше некуда и оголила голенькую попу, такую аппетитную и вожделенную. Я погладил ее. Ноль чувств — это много. В минусовой степени будет поточнее. Из половинок попки выглядывали губы Маниной писюни, мокроватые, теплые и мягенькие со сна. Я погладил их, раздвинул пальчиком и влез вовнутрь. Было приятно. Во сне Машенька приподняла ножку, облегчая мне доступ к сокровищнице.

И я вопользовался приглашением. Не знаю, как мои трусы оказались кое-где на полу, но через мгновение член был уже снутри Машиной пизды и интенсивно двигался там. Еще даже не проснувшись, Маня попробовала избавиться от наглого агрессора. Агрессор был на чеку. Ухватив вожделенное тело за живот, прижался к нему плотнее и скачком перевернул Маню, ткнув носом в подушку. Приподняв попку над матрасом, очень и стремительно ебал издавна вожделенную дырку. Возня в попытке освободиться не принесла Маше хотимого результата до того времени, пока я не кончил и сам не отпустил ее.

Выскочив из-под меня, разъяренная дама попробовала залепить мне пощечину, промазала и умчалась в сторону ванной комнаты. Выйдя из ванны, умытая, упакованная в трусишки, лифчик и комбинашку, Маня села в кресло напротив кровати и начала обличительную речь гос обвинителя на суде. Я, лежа на боку и подперев голову рукою, слушал ее монолог и любовался этой дамой. Лицо раскраснелось, глаза поблескивали, руки жестикулировали. Если б не громоотвод, что вновь встал торчком, защищая владельца, молнии из глаз Марии испепелили бы меня на месте.

Она гласила о том, что так делать нельзя, что я пользовался ее доверием и фактически изнасиловал ее, что наши дела должны закончиться, что она никогда не сумеет считать меня своим другом.

Я встал и подошел к креслу. Хуй торчал, уставясь прямо в Манины губы. Она замолчала и только смотрела на меня очами испуганной девченки, ждя чего угодно и опасаясь этого. Взяв ее рукою за затылок,2-ой рукою направил собственного компаньона ей в рот. Она попробовала замотать головой, но я не отпускал волосы и вот хуй уперся в губки, которые равномерно приоткрываясь, впустили его в рот. Она начала сосать. Неискусно, но сосала. Я направлял ее движения, надавливая на затылок либо отпуская его.

В очах ее так и стоял испуг. Решив раз и навечно показать Марии кто есть кто, я продолжал эти деяния. Освободив собственный член из ее рта, я, взяв Машеньку за руку, поставил ее на ноги, прсосался к ее губам, заглушая вероятные речи. Поверну ее спиной к кровати, так и не отрывая губ, я довел ее до ложа и положил на него. Задрав комбинашку, скачком сдернул и откинул трусы и ртом впился в милую пизденку. Работая ртом и руками, довел возлюбленную даму до оргазма. Позже, не прекращая, еще до 1-го.

Маня мычала, стонала, двигала телом, а я все наяривал, работая языком, облизывая им кклитор, малые губы. Палец мой издавна находился снутри Машеньки и двигался там, стараясь отыскать новые точки наслаждения. Оторвавшись на мгновение для глотка воздуха, увидел, что пизда ее полна любовных соков и они вытекают, следуя движениям моей руки, стекают по расщелинке попки и увлвжняют кровать. Под задом расплылось солидный размеров пятно. Дырочка ануса была влажной, немного приоткрытой и я ввел туда палец, сразу присосавшись к писюне.

Почуяв новые чувства, девочкамоя попробовала избавиться от предмета в попке, но я этого не желал и продолжил имитировать пальцем движение члена. Просто говоря, я ебал ее пальцем в жопу. Дождавшись еще одного оргазма, о чем мне поведала ее попка, сжимаясь и разжимаясь, плотно охватывая мой палец, вытащил палец. Посадив Маню на кровать, высвободил е от композиции и бюзика и вновь толкнул на спину. Забравшись верхом на нее и оседлав грудь, положил член промеж грудей и , взяв ее руки, показал, что нужно сжать титечки, пропустив хуй меж ними.

Пару раз покачав им промеж грудей, передвинулся поближе к лицу и, опершись на руки, фактически втолкнул стоящее сокровище ей в рот. Я не собирался ожидать от Марии сосания и ласки моего члена языком и губками. Я просто грубо ебал ее в рот, наплевав на ее наслаждение либо неудовльствие. Она, получив несколько оргазмов, не сопративлялась, принимая все как подабающее. Спустил ей в рот. Маша лежала, закрыв глаза, рыдала. В уголке рта была капелька спермы.

Я осушил ее слезы поцелуями. Я целовал ее в губки, ощущая вкус собственной же спермы.

Дама успокоилась и заснула. Пробудилась она приблизительно минут через 20. Сон успокоил ее. Я сам промыл ее в ванне. Люблю мыть даму, которой только-только обладал. Промывать ей промежность, старательно вымывать влагалище, омывать попку. Машутка поворачивалась, подставляя мне те либо другие части тела. Я приговаривал как будто малеханькой, что сейчас помоем попку, писю, тити. Потрем спинку и живот. На руках отнес мокренькую девченку на кровать, подал ей поесть.

Маня оттаяла. Я не начинал сурового разговора, предоставив ей эту возможность. Терепение дамы не беспредельно и она этот разговор завела.

Сущность его сводилась к последующему. Она считала, что дама должна решать когда и кому давать. Что мужик, выебав даму, перестает ее уважать и Непременно скажет всем знакомым об этом. Что получив хотимое, непременно свинтит в сторону. Ну и остальные бредни в том же духе. Выслушав не прерывая, я задал один вопрос: понравилось ли Мане, моей Возлюбленной Даме, то что вышло. Откинув в сторону мою грубость и оставив только само действие. Я издавна посиживал на краю кровати рядом с Машейи поэтому ей не составило труда обнять меня, повалив на кровать, впиться мне в губки.

Ее рука сама нащупала член и держала его. Оторвавшись от моих губ, она скользнула к низу животика, поцелевала головку и сказав: » Какой он неплохой! Я так люблю его!»- взяла в рот. Малость пососав, подставила губки для поцелуя. Я поцеловал, глубоко всунув ей в рот язык. Оторвавшись, Маня произнесла, что мужчины не целуют хуесосок и она желала проверить, не из таких ли я. Я рассмеялся, раскинул ее ноги и в засос поцеловал пизду, а позже поцеловал Машкины губки, сказав, что мы квиты и наши органы умнее нас, раз им нравится то, что с ними делают.

Денек и ночь были впереди и мы голубили друг дружку. Наши тела уже не могли реагировать на возбуждение и давать нам возможность кончать. Мы просто ласкались. Впадая в дрему и просыпаясь находили, что Маня прочно сжимает мой хуй, а ее пизденка зажата в моей ладошки. Встречались практически год, пока меня не первели на новое место службы. А там новые встречи, новые романы.

Добавить комментарий