Поиграй со мной! Только не сломай!

Категория: Традиционно

Она всегда напоминала ему кошку. Она делала что желала и когда желала. Она своенравна и непредсказуема. Её настроение изменялось совсем непонятным образом. Когда он желал с ней поиграть, она желала, чтоб её оставили в покое. А когда он желал, чтоб его оставили в покое, она желала играть.А ещё она любила дразнить его. И вот она опять гласит, что не может остаться, так как её зовут совсем неотложные дела. А перед этим приманивала собственной близостью, поцелуями, запахом, чувством, что сейчас она уж точно в его руках и никуда не денется. И он вытерпел, позволяя ей играть с собой. Но она зашла очень далековато и его терпение лопнуло. Сейчас он покажет этой кошке, кто её владелец.

— Нет, дорогая, ты никуда не пойдёшь, — с усмешкой гласит он.

— У меня дела! – сразу вскидывается она, но он замечает вспышку энтузиазма в её очах.

— Твои дела подождут, — продолжает усмехаться он. – На данный момент я поиграю с тобой.

Она чуть приметно содрогается, и энтузиазм в её очах становится посильнее. Ей нравится эта игра, но она очень горда, чтоб показать это.

— Да как ты смеешь! Да кто ты таковой?! – вспыхивает она, но энтузиазм в очах не угасает. Она желает продолжения. Он не отвечает, а просто глядит на неё с саркастической ухмылкой. Сейчас она никуда не денется. Но он запамятовал, что перед ним кошка. Гордая и своенравная. Она яростно фыркает и желает уйти, но он хватает её за руку.

— Пусти! – восклицает она, пытаясь вырвать кисть. Но он только улыбается и резко завлекает её к для себя, заключая в кольцо собственных рук.

— Ты этого не хочешь, моя кошечка, — негромко гласит он, всё с той же усмешкой смотря ей в глаза. И в их он лицезреет, что попал в цель.

— Желаю! И не смей меня так именовать!! – орет она, упираясь руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, вырваться.

— Твои глаза молвят оборотное, — шепчет он, скользнув губками по её плечу, шейке, к уху. Она прерывисто вздыхает и перестаёт вырываться. Их взоры опять встречаются. Она признаёт, что проиграла первую схватку, но финал всей войны ещё неизвестен. Но не для него. Она выигрывала очень нередко, чтоб он на данный момент позволил ей сделать это ещё раз. Она обымает и целует его.

Он придавливает её к для себя крепче, запускает руку в её волосы. Она желает порвать поцелуй, но он не позволяет, а напротив ещё посильнее впивается в её губки. Она недовольна, ведь игра идёт не по её правилам, но… Она почему-либо не желает её кидать. Но идея о том, что игрушкой сейчас стала она, жжёт её и принуждает пробовать освободиться из его объятий. Но он продолжает её задерживать, наслаждаясь чувством власти над ней. В конце концов, он отрывается от её губ и опять глядит в глаза. Сейчас он может читать в их, как в открытой книжке. Она как и раньше глядит супротивно, да и сразу желает продолжения игры. В ней идёт борьба с собой. Она желает что-то сказать, но он стремительно высвобождает руку из её волос и прикладывает палец к губам, качая головой. Но она немного поворачивает голову, и уже открывает рот, но он опять накрывает её губки своими, не давая ничего сказать.

Сейчас он диктует правила игры. Она опять пробует оторваться, но он опять не даёт этого сделать, и она поддаётся нежному, но императивному поцелую. Когда он всё-таки позволяет ей оторваться от его губ, она длительно глядит ему в глаза и вдруг кладёт голову на плечо. Он гладит её по голове, вдыхая запах волос, раскинувшихся по его плечам, перебирает лохматые локоны, накручивает их на палец, немного потягивая, что принуждает её посильнее прижиматься к нему и чуть не мурлыкать от наслаждения. Продолжая играть с её волосами, он целует нежную кожу за ухом, шейку, плечо, а другая рука гладит её по спине. Вот его пальцы отыскали молнию платьица и начали медлительно её расстёгивать. Она вдруг поднимает голову с его плеча, вроде бы очнувшись. Да, ей безрассудно нравилась эта игра, но она как и раньше не желает проигрывать.

Она сама начинает целовать его шейку, зная, что он это очень любит и надеясь опять стать хозяйкой положения. От прикосновения жарких мягеньких губ он содрогается и прикрывает глаза, но его руки не останавливаются. В конце концов платьице стекает с её тела, образуя озерцо у ног. Чуток отстранившись и убрав руку от волос, он целует её, а его руки гладят уже обнажённую спину лёгкими массирующими движениями. От прикосновения шероховатых, чуток холодных пальцев, от поцелуя её тело немного содрогается, а воля плавится, как кусочек металла в раскалённом добела кузнечном горне. Но нет, так не должно быть! Кошка в ней опять поднимает голову, и она скачком отстраняется от него и делает пару шажков вспять, упираясь спиной в стенку. Он медлительно нагибается, поднимает с пола её платьице и халатным движением кидает его на стул, ни на миг не прекращая глядеть на неё.

Она практически на физическом уровне ощущает на для себя его изучающее-насмешливый пылающий взор и не решается поглядеть в ответ. И куда подевались её наглость, пренебрежение и высокомерие? В конце концов, она всё же поднимает взор, но здесь же жалеет об этом, ибо его глаза практически приковывают её к стенке. Она ощущает себя птичкой перед питоном, ибо его взор гипнотизирует и не отпускает. Она задумывалась, что уже издавна стала мастером таких игр, а оказалась только ничтожным подмастерьем. И на данный момент реальный маэстро стоит в нескольких шагах от неё, и его взор держит на месте и не позволяет отвернуться. Продолжая с усмешкой глядеть на свою Кошку, Маэстро нерасторопно подходит к ней впритирку и проводит рукою по волосам, щеке, шейке, спускаясь на грудь. И когда его чуток шероховатые пальцы касаются её ласковой кожи, Кошка содрогается и в конце концов отрывает взор от Маэстро.

Как ей на данный момент поступить? Продолжать эту игру? Но Кошка отлично понимала, что уже не выиграет. Уйти? Да, это могло бы быть хорошим выходом, если б не пальцы Маэстро, лаского гладящие её грудь. Удовольствие, которое она испытывает от его прикосновений, держит на месте не ужаснее взора, и здесь не выручает даже её кошачья гордость. Пальцы Маэстро ловят её соски и, зажав их, начинают осторожно покручивать то усиливая, то ослабляя нажим. Кошка противится быстро нарастающему желанию, дав для себя клятву сдерживаться как можно подольше. Усмешка не сходит с губ Маэстро, когда он лицезреет, как она кусает губки, сдерживая стон, а её грудь под его ладонями вздымается всё почаще и почаще из-за прерывающегося дыхания. Но когда она опять поднимает на него взор, Маэстро осознает, что она всё равно остаётся Кошкой.

И будет ею до конца. «Так даже интересней» — молвят его глаза. Он не вожделеет лёгкой безвкусной победы, но уже точно знает, что выиграет. Эта мучительная ласка длится очень длительно, и Кошке никак не удаётся избежать её. Она задумывается, что это самое мучительное желание, когда-либо испытанное ею. Но она ошибается. Рука Маэстро, оторвавшись от груди, плавными лёгкими движениями медлительно сползает вниз, к лоскутку тонких трусиков, а его колено упирается в стенку, бесцеремонно разводя её бёдра. В очах Кошки мерцает молния, и она опять пробует вырваться, но взор Маэстро опять гипнотизирует её, практически гася сопротивление. В конце концов, его пальца спускаются к низу животика и касаются её через мокроватую ткань. Медлительно, просто, осторожно…. В тоже время, другая рука Маэстро не покидает грудь Кошки.

Она закрывает глаза, пытаясь побороть наисильнейшее желание, которым её тело отзывается на каждое, даже самое лёгкое, прикосновение длинноватых проницательных пальцев. Кошка мелко дрожит и всё посильнее кусает губки, подавляя стон и мольбу закончить сладкую пытку. Маэстро продолжает неотрывно глядеть на неё. Но он не спокоен. Он жарко вожделеет владеть Кошкой, сделать её собственной…. Да и кидать игру Маэстро не желает. Но уже не победа является его целью. Да, он желает, чтоб Кошка стонала и извивалась от его прикосновений.… Но уже не поэтому, что желает её сломать либо проучить, а чтоб доставить собственной… нет, не Кошке, возлюбленной, неслыханное ранее наслаждение. И у Маэстро выходило, ибо Кошка тоже обожала его и вот поэтому теряла голову от его прикосновений. Но она всё-таки была Кошкой.

…И конкретно кошачьи гордость и своенравность заставляли её сдерживаться, хотя всё уже было и так ясно. Но желание очень остро, очень мучительно… Стон в конце концов слетает с губ Кошки. Она подаётся вперёд, всем телом прижимаясь к Маэстро. Их тела раскалены и становятся всё горячее, ощущая жар друг дружку. Он усмехается уголком губ. Кошка признала собственный проигрыш. Обняв одной рукою, Маэстро опять гладит её другой по волосам. Кошка не решается поднять голову и поглядеть на Маэстро, опасаясь узреть на его лице выражение торжества…. Вот она всё же поднимает голову, но веки опущены. Маэстро опять улыбается и целует их, прижимая Кошку плотнее. Она медленно-медленно открывает глаза, опасаясь…. Но его глаза пылают совсем не торжеством. Они пылают ласковым огнём. И на губках играет совсем не усмешка либо улыбка, а нежная ухмылка. Кошка тоже несмело улыбается и в конце концов утопает, растворяется в очах Маэстро и в собственных эмоциях.

Игра окончена. Они больше не Маэстро и Кошка, а опять он и она. Он пламенно целует её, практически впиваясь в мягенькие губки. Она отвечает более жарко. Они, в конце концов, дают волю накопившейся страсти. Разорвав поцелуй, он нетерпеливо высвобождает себя и её от одежки и опять овладевает её губками. Кровать рядом с ними и он, не разрывая поцелуй, валит её на простыни. Она обымает его ногами за бёдра, раскрывая и предлагая себя. Он не отрешается. Мгновенье, и их тела соединяются и движутся в одном танце, ритм которого известен только им двоим. Он любит её жарко и очень. Она отдаётся ему стопроцентно и без остатка. Взаимное удовольствие остро, как лезвие клинка, а любовный пыл не уступает по силе азарту битвы и становится всё посильнее и горячее.…

В конце концов, на острие клинка, костёр их страсти и удовольствия вспыхивает десятком солнц, сжигая все силы, заставляя их обоих вскрикнуть и замереть на мгновенье сжав друг дружку в объятьях практически до боли, и равномерно затухает, оставляя после себя нежность, спокойствие и счастливые взоры. Он осторожно гладит её по волосам и спине, пока она засыпает у него на плече, прижавшись всем телом. Она и он? Может быть. До последующей игры.

Добавить комментарий