У нее была дурацкая память на имена (часть 2)

Категория: Традиционно

А его имя она не помнила совсем. Даже намека. Ей было совсем все равно или он был Алексеем, или Александром, или вообщем Денисом. Даже первой буковкы и той в голове не осталось.

1-ый раз они пересеклись на просторах какого-то веб-сайта для знакомств. Какого из, она на данный момент уже не могла вспомнить. Он внезапно упал ей в сообщения с нахальным предложением ее подразнить. Обычно она посылала таких далековато и навечно, но тогда был как раз тот вечер, когда благоверный в очередной раз не явился на ночное рандеву, под благовидным предлогом, брошенным смс-кой. Ну, такое стандартное и тошнотворное «прости, сейчас не смогу, малыш».

Они малость поболтали, поделились вместе какими-то сексапильными фантазиями и разбежались, каждый в свою кровать. Он был из другого городка, кажется даже из Москвы. Этого на данный момент она не помнила, так же как не помнила и его имени. Но с ним пару 10-ов минут было забавно. Он был чрезвычайно пошлый, но, что веселило ее больше всего, не использовал в собственной лексике стандартные фразы из порно-историй, которыми пестрил веб. Её вообщем всегда кидало в дрожь и начинало тошнить, если мужик вдруг писал что-то из серии «я желаю поласкать тебя язычком» либо еще больше ужасное «как там твоя писечька? Уже мокренькая?». Стоило ей представить как взрослый мужлан, который собирается на данный момент ее трахнуть гласит это вслух, как все желание пропадало невозвратно.

А через неделю она получила от него другое сообщение. Без всякого интима. Он просто написал время и место, где он будет в одиночестве пить кофе и возлагать, что она составит ему компанию, пока он находится в недолгой командировке в ее городке. Еще он оставил собственный телефон. Так, на всякий случай. «Напиши только если будешь приходить, но опаздываешь», прочла она, «если решишь не приходить, то не пиши совсем. Я просто посижу и пофантазирую вроде бы оно было, если б ты все таки пришла».

От такового предложения, сформулированного таким макаром было трудно отрешиться. Она вообщем всегда «велась» на такие «мне нужно, но не очень сильно». Это был верный метод вынудить ее придти. Вот напиши он что ожидает, уповает и верует — осталась бы дома.

Кафе он избрал довольно безлюдное, а главное оно находилось в 5 минутках ходьбы от гостиницы, где он тормознул. Они выпили кофе с коньяком, посмеялись над их недавнешней перепиской, а позже он предложил зайти к нему в гости на пару часов.

Он был красивый. Не накачанный атлант, но с полностью приятной ухоженной фигурой и, что было редкостью на большинстве веб-сайтов знакомств, с интеллигентным лицом, более чем обезображенным идеей. Одет он был в голубые джинсы и обыденную футболку из под выреза которой пробивались не очень густые волоски. Тогда ей показалось это юношески романтичным. Конкретно так одевалась ее 1-ая любовь, о которой она грезила тяжелыми вечерами в детстве. Так что происшествия сложились так, что отрешиться было трудно.

Лобзаться они начали еще в лифте. Точнее будет сказать он вжал с силой ее в угол, положил руку поверх юбки на лобок и нажал на него пальцами, при всем этом скупо целуя ее в губки. Ей приглянулась его настойчивость.

Когда они вошли в номер, он здесь же стянул футболку, обнажив свою грудь, покрытую, как она верно и представила, маленьким количеством прекрасных черных волос и сел в обширное кожаное кресло, подманив ее к для себя пальцем. Она подошла. Ей нравилось подчиняться. В особенности незнакомцам. Точнее будет сказать только им ей и нравилось подчиняться. В неизменных отношениях правила всегда она. Такое вот разделения по направлениям.

Он поцеловал ее коленки. Аккуратненько, лаского, но в то же время в меру страстно. Провел руками по наружной полосы ног, задрав обтягивающую юбку на пояс и здесь же, не медля ни секунды, стал целовать ее меж ног, через ткань трусиков. Довольно стремительно он снял и их.

«Он не врал», эта самая идея пронеслась у нее тогда в голове. Прогибаясь ему немножко на встречу, она вспомнила чем все-таки он так привлек ее в их переписке. Он писал что любит вылизывать женщин, что это его хоть какое занятие в сексе, а остальным он может даже пожертвовать. Он обожал. Еще как обожал. Издавна уже никто не делала этого с такими упоением и сладострастием — он то вылизывал ее половые губки, то проводил языком строго меж ними, то посасывал возбужденный клитор, то просто немного касался его языком. Он не хватал ее при всем этом за попку, не сжимал ей ягодицы, как это делали многие, когда они оказывались в таком положении. Нет, он немного придерживал ее сзади одной рукою, а 2-ой теребил край ее чулок, поглаживая ее ногу ровно в том месте с внутренней стороны. Это продолжалось минут 5, а может 10, а может больше. По сути она очень стремительно растеряла счет, поэтому как эта картина… мужчины, сидячего кое-где там понизу и усиленно работающего, чтоб доставить ей наслаждение и при всем этом наслаждающегося… она сводила ее с разума, заставляя увлажняться просто до неприличия.

Позже они перебрались на кровать. Она смутно помнила как. Кое-где в тот же просвет с нее слетела вся одежка. С него тоже.

Он не отрывался от ее промежности ни на один миг. Она опрокинула его, забралась сверху и оборотилась так, чтоб иметь доступ к его набухшему члену. Коснувшись его губками и взяв головку полностью в рот, она ощутила как два его пальцы, просочились вовнутрь нее, а очередной массирует вход в ее попу. Все это было так неизгладимо острым чувством, на фоне его языка, продолжавшего забавляться с ее клитором, что на пару секунд ей показалось что она кончит прямо на данный момент, в ту же секунду, от наиблежайшего движения его пальцев, но заместо этого она переключилась на его член, надрачивая его рукою и обсасывая, как сладкую конфету. Это занятие малость отвлекло ее от собственных чувств, но тело все равно продолжало временами вздрагивать в вероломных судорогах, всякий раз когда он задевал языком клитор.

Когда его член стал немного подрагивать в ее руках, она нехотя оторвалась от него и слезла с его лица. Постояв рядом с ним на коленках, она взгромоздилась на его кол и задела набухшей головки влажными половыми губами. Там понизу ее животика все было влажное и жаркое, смазка испачкала все ноги и практически вытекала из нее. Она опять взяла его член рукою и стала разглаживать им собственный клитор, содрогаясь от каждого движения. Она дразнила его. И себя тоже. Ей было любопытно как длительно она сумеет так выдержать и еще больше любопытно как длительно сумеет выдержать он. Она сдалась первой, резко опустившись на него на всю глубину. Замерев, она только немного пошевелилась вперед вспять, потеревшись о его немного волосатый пах клитором, который продолжал добиваться ласк. Ей хотелось еще поглубже. Ей хотелось еще чувственнее, ей хотелось практически до боли, чтоб член задевал что-то там в ней. Она раздвинула ножки еще сильней, а он схватил её попку руками и стал помогать ей приподниматься и опускаться на его мужском достоинстве. Она делала это стремительно, ритмично, совместно с этими движениями, повсевременно прогибаясь вперед вспять, чтоб он задевал в ней все стены влагалища.

Ей нравилось ощущать его внутри себя. Ввысь, вниз. Ввысь, вниз. В конце концов, определившись с самым приятным положением, она прогнулась вспять, облокотившись одной рукою на кровать, а 2-ой стала ублажать его яйца. Ввысь, вниз, опять и опять. Он помогал ей руками — сжимал ее ягодицы, а 2-ой рукою опять стал ублажать ее клитор, так призывно выставленный вперед.

Через несколько минут она перевернулась к нему спиной, откинулась на его грудь, подставляя его ласкам свои набухшие груди со вставшими ввысь сосками. Она наклонила голову, предоставляя его губам свою ключицу, а одну из его рук безапелляционно положила для себя меж ног. Ей нравилось, когда ее так голубили. Она сходила с разума, оказываясь в таком полном немощном распоряжении мужчины. А ее неизменный партнер, помешанный отчего то на равноправии, этого не осознавал, сколько бы она ему не гласила.

Он делал все как следует. Конкретно потому что нужно — …в подходящем темпе, с правильным темпом, впору перемещая нужные ласки по ее телу, которое с каждой секундой становилось все более и поболее напряженным в предверии оргазма, который медлительно подкрадывался к низу ее животика. Сейчас уже не она двигалась на нем, а он под ней — заходил в нее резко, глубоко, надрачивая ее возбужденный клитор, который она старалась сильнее придавить к его пальцам, сжимая ее грудь в собственной ладошки и покусывая мочку ее уха.

Она уже не помнила как длительно кончала. Но точно не пару секунд, как это было обычно. Она вздрагивала, сжимала его член своими сладкими судорогами, а он продолжал очень и резко ебать ее в том же темпе. Она кончала и кончала. Перед очами все плыло, а тело двигалось само по себе — насадиться на член, позже ввысь, прогнуться под пальцами и опять глубоко на член. Поглубже, еще поглубже.

Он не отдал ей оклематься и секунды, просто перевернул ее, поставил на коленки и опять вошел в нее на всю глубину — все такими же резкими движениями. Она уже стопроцентно потерялась в собственных чувствах, ноги с трудом держали ее, руки подломились и она уткнулась лицом в белоснежные постныни на кровати. Но он не останавливался. Он с силой и упорством, держа ритм, продолжал заходить в нее, пальцем правой руки лаская ее дырочку в пятой точке, то вводя, то доставая его наружу. Ей казалось что на данный момент она взорвется от переполнявших ее чувств блаженства. Если не взорвется, то просто растеряет сознание.

Это было так возбуждающе сексапильно, так грязно в ее осознании. Она даже не сообразила в какой момент ко всем этим ласкам добавила к тому же свою руку, которая стимулировала ее клитор и при всем этом задевала основание его члена, входившего в нее. Тогда тело уже точно жило раздельно от ее головы.

Почувствовав, что может кончить в хоть какой момент, он вышел из нее, лег на спину и подтянул ее к собственному лицу. Заставив ее облокотиться руками на спинку кровати, он комфортно расположился у нее меж ног, вынуждая ее фактически сесть на его лицо и стал трахать ее язычком. Одной рукою он надрачивал собственный член, а 2-ой прижимал ее плотнее к для себя. Он уже не вылизывал ее, он просто трахал ее, двигался языком снутри, лаская стены ее влагалища. Было очень отлично. Очень очень. Тело то напрягалось, то чуток расслаблялось, то опять напрягалось как струна. Оно добивалось очередной разрядки, но он не давай ей кончить. Всякий раз, когда она была практически на грани, он отвлекал ее от этого чувства ласками кое-где в стороне — сжимал ее ягодицы либо же внезапно переставал касаться языком вообщем. Она стонала. Тихо, жалобно. Стонала, прогибалась, механично терлась промежностью о его лицо, задевала набухшим клитором нос. Но он останавливал ее. Фиксировал ее положение руками и делал потому что он считал необходимым, очевидно давая осознать что позволит ей кончить только тогда, когда сам этого захотит.

Вдруг он на секунду застыл под ней, содрогнулся, но позже опять продолжил свои сладкие «мучения». Кое-где на корке затуманенного подсознания она сообразила что он сам кончил. Это возбудило ее еще более. Сам факт того что мужик, который только-только кончил и по традиционному сценарию должен бы полежать и отдохнуть, наслаждаясь своими чувствами, продолжил ублажать ее с прежним упорством. Она опустила руку меж собственных ног и стала помогать его языку своими пальцами. Практически пара движений и оргазм накрыл ее еще большей волной. Она с силой сжала пальцами спинку кровати и попробовала как-то удержаться от того, чтоб не сесть на его лицо всем весом. Она кончала длительно и обильно, а он вылизывал каждую капельку, вытекающую из ее сжимающегося и агонизирующего влагалища. Он гладил ее лобок пальцами, прикасался губками к пульсирующему клитору, мял упругие ягодицы и сжимал груди.

Больше они не виделись. Не писали друг дружке сообщений. А на данный момент она уже и не помнила как его зовут и где вообщем с ним познакомилась. Это было не принципиально.

Главное она помнила его в себе и точно знала что кое-где на свете все таки есть мужчины, которые очень обожают вылизывать дам. Таких парней она желала бы знать побольше.

Добавить комментарий