Жестокость на первом свидании

Категория: По принуждению

Просыпание было худшим из кошмаров. Я бы поразмыслила, что это все еще сон, но… Но очень реальными были мои чувства. Я, полностью нагая, стояла раком на своем столе, делая упор на его поверхность близко поставленными ладонями. Можно было бы попробовать для стойкости расставить их пошире, но запястья были скручены узким кожаным ремешком. Судя по ощущениям, щиколотки также были связаны. На шейку давил ошейник, привязанный к большой потолочной лампе, наподобие тех, что висят над бильярдными столами. Хм… Я так гордилась этой блестящей лампой, вносящей изюминку в строгую обстановку кабинета. К тому же чуток откинувшись в кресле, можно было уйти в тень, присутствующие же сотрудники при всем этом оставались как на ладошки – в полосе броского света. И вот сейчас я, как будто провинившаяся дворняжка, нагишом пристегнута к возлюбленной детали интерьера, ярко освещающей к тому же все интимные подробности моего тела.

Попытка ослабить давление на шейку привела к внезапному и противному открытию – мои соски, обшитые грубой толстой нитью, крепились к томному пресс-папье. Так что мое неустойчивое положение усугублялось тем, что мне было фактически не пошевелиться – ослабляя удушающее воздействие ошейника, я мачалась от боли в сосках, а если пробовала хоть малость уменьшить режущую боль в сосках, то начинала задыхаться.

Последнее, что я помнила, было, как я, отпустив служащих, собиралась испить остывшего кофе. Неуж-то моя секретарша так мне подгадила?.. В принципе, кабинет был открыт – это мог быть кто угодно.

Вроде бы там ни было, все на данный момент разрешится – дверь открылась, и в мой кабинет вошел мужик. Это точно был мужик либо очень большая дама. Разглядеть подробности было нереально – сама я находилась в полосе броского света, а остальное освещение было выключено. Факт в том, что ощущала я себя отвратно. Будь это мужик либо дама, соперники, стряпающие компромат, либо сотрудники, решившие отомстить лишне, по их воззрению, серьезной начальнице. В любом случае, стать перед кем-либо в нагом виде под ярким светом, стоящей раком на своем столе, пристегнутой к лампе и с вытянутыми сосками, было страшно унизительным. В особенности если учитывать, что по собственному положению это я обычно унижала других…

— Высвободите меня немедля! – прошипела я, как хватало сдавленных связок. – Это не пройдет вам даром! Ваше самоуправство выходит за всяческие границы!

Я добавила пару крепких словечек, обозначая свое отношение к происходящему.

Человек, держащийся за границей света и тьмы, ничего не ответил, но вдруг протянул руку и шлепнул меня по пятой точке!

Шлепок был увесистым, и может быть показался бы мне болезненным, если б мое тело не повело вперед, и я не захрипела, пытаясь ослабить боль в горле, стянутым ошейником. Подсознательно я отпрянула ввысь и здесь же взвизгнула от жгучей боли в сосках. С трудом восстановив хрупкое равновесие, я с страхом сообразила, что не смогу больше противиться воле насильника. Я была стопроцентно в его власти и даже не могла помышлять о сопротивлении – воля была подавлена практически стопроцентно — очень просто решался вопрос о наказании за строптивость.

— Для чего же Вы так себя ведете, Виктория Игоревна? – глас очевидно принадлежал мужчине, хотя и звучал глухо – похоже, из-под маски, сделанной из вязаной шапочки – что-то такое я успела увидеть, не глядя на окружающую мглу. – Как-никак у нас 1-ое свидание. А на первом свидании мы должны флиртовать, обмениваться комплиментами, но не браниться…

Меня задела рука в перчатке. Я сжалась от испуга и унижения – мое тело, до которого я допускала только после длительных и прекрасных ухаживаний, на данный момент бесцеремонно изучили. Ласкающими движениями мужик прошелся по моим плечам, провел пальцами по позвоночнику, погладил попу:

— У меня вам, к примеру, огромное количество комплиментов. Вы несравненно сложены, образ вашего ангельского лица охото впитывать и впитывать. У вас чувственные губки и упругая грудь (мои шары были сдавлены так, что я чуть не запищала). Жалко, что такая потрясающая наружность досталась таковой суке.

Я молчком проглотила оскорбление, дав для себя слово — во что бы то ни стало, найду позже подлеца. Но пока мне приходилось покорливо слушать незнакомца, даже не пытаясь воспрепятствовать его совсем бесстыдным намерениям.

Я сжалась и, закусив губку, плотно зажмурилась, когда перчатка задела моих лепестков, наверное на данный момент нескромно рассматриваемых незнакомцем. А позже я ощутила, как палец продирается вовнутрь. Но что я была в состоянии сделать? Я даже глубоко дышать страшилась, а меня продолжали изучить, при этом так глубоко, что костяшки впились в мои беззащитные лепестки.

— Как досадно бы это не звучало, Виктория Игоревна, я очень огорчен – моя возлюбленная дама не течет от 1-го моего присутствия. Пускай это и только 1-ое свидание.

— Что все-таки я могу сделать? – пролепетала я, страшась наказания.

— Все просто, — насильник стоял уже передо мной, показывая перчатку и, правда, совсем не испачканную моими выделениями. – Я был бы очень доволен, если б возлюбленная дама кончила от 1-го моего присутствия, даже без полового акта со мной.

— И что? Секса не будет? – мое сердечко обрадовано затрепетало – пусть помучает, пусть потискает, но хоть не изнасилует. А там уж я вычислю уродца!

— Ну, Виктория Игоревна, вы же не шлюха какая – давать на первом свидании! Я только буду возлагать на что-то на втором свидании – хоть вы и не шлюха, но прогрессивная и раскрепощенная дама.

— А вы убеждены, что 2-ое свидание будет? – не удержалась я и сжалась, кляня себя за длиннющий язык – вдруг подлецу не понравятся мои слова?

Но обошлось.

— Естественно, будет. Ведь вы и на 1-ое в общем-то не собирались…

— И как я смогу кончить? Ведь, как вы успели увидеть, я даже не возбуждена. – Мысль побыстрее отвязаться от насильника завладела моим мозгом, потому я и правда могла бы попробовать.

И здесь перед моим носом очутился некоторый предмет, выполненный из прозрачных шариков, как будто насаженных один на другой. При этом если 1-ый был поперечником сантиметра два, то последний – все 6.

— Вот при помощи этой игрушки, назовем ее катализатором…

Мое сердечко упало в пропасть. Только-только я чуть не светилась от счастья, что получится избежать изнасилования, а здесь таковой облом – меня все-же трахнут. При этом насильник может иметь меня этой штукой так длительно, как захотит!

В полной прострации я даже не увидела, как мужик зашел сзади. Вернуло меня к реальности то, что холодный пластик коснулся моих лепестков. И не успела я как надо ужаснуться, как «стимулятор» направили в меня. Мой ротик открылся, а я, подсознательно стремясь не допустить сторонний предмет в себя, до боли натянула поводок и нить на сосках. Вобщем, это посодействовало не достаточно – насильник был бесчеловечен и медлительно, но неумолимо проталкивал игрушку вовнутрь. «На сухую» это было еще наименее приятно, чем палец в перчатке. Я просто ощущала, как уступая кровожадному напору, мои лепестки раскрываются перед первым шариком, потом смыкаются после него, а позже растягиваются чуток больше на втором…

Я, дрожа, облизывала губки, стараясь как можно более услужить насильнику, проталкивающему катализатор в меня. Но выходило плохо. Видимо потому мужик тормознул, а позже стал свирепо расширять мою дырочку, совершая радиальные и поперечные движения. Не могла бы сказать, что мне понравилось настолько ожесточенное и бесцеремонное воззвание, но тело меня не спрашивало, отозвавшись неохотной истомой, пока дальной от возбуждения, но очень приятной.

Меж тем мужик, малость разработав мою злосчастную киску, вдруг вынул катализатор, а позже засунул его мне под нос.

— Виктория Игоревна, смочите его слюной, вам же легче будет.

Я побоялась возражать, чтоб избежать повторного шлепка по пятой точке. Не считая того, наверное эта окаянная штука вправду легче проникнет в меня. И я унижено старательно принялась облизывать прозрачные шары, посасывать их, забирать их в рот и кропотливо там смачивать.

— Уффф, Виктория Игоревна, — раздался искаженный глас, — вы так это интригующе проделываете, и мне уже охото, чтоб вы занялись этим же самым с моей плотью.

Я внутренне застонала – не хватало еще, чтоб на данный момент меня принудили отсосать грязный зловонный мужской член! И ведь я не смогу этому сопротивляться – пару шлепков по попе, и я сама раскрою рот так обширно, как смогу!

— Но я – джентльмен! Я же не могу вынудить даму против воли!

«Джентльмен» опять зашел сзади. Сейчас он не осторожничал. Трррр… Катализатор был забит в меня практически на всю длину, чуть ли не до последнего шара. У меня перехватило дыхание, когда я, повинуясь инстинкту, вновь натянула поводок и нити. Боль в горле и сосках не шли ни в какое сопоставление с чувством развороченной пизденки, растянутой так, что еще мм вовнутрь, и она просто порвется.

Я смогла перевести дух только, когда насильник потащил игрушку назад. Но отдышаться мне было не судьба. Снова ребристое трррррр… Катализатор опять резким скачком вошел в мою бедную дырочку, сейчас кажется, уже точно до последнего шара.

А позже меня начали бесчеловечно трахать. На мои стоны, визги и писки мужик совсем не направлял внимания. Единственное что он сделал, это принялся пальцем в перчатке ублажать мой сосок. Нить туго обхватывала сосок у основания – так, что кончик разбух над ней, как будто малая вишенка. Конкретно ее сейчас частично лаского теребили мужские пальцы.

И сочетание неповторимой ласки сосков и грубое насилование моей истерзанной киски дали классный эффект. Мои стоны из болезненных поначалу перевоплотился в тяжелые глубочайшие вздохи. А позже я застонала уже в глас от пронизывающего удовольствия. Мое тело продергивали волны болезненного наслаждения. Каждый толчок практически разрывал пизденку, соски при всем этом натягивались, как и ошейник на горле – засаживали-то мне со всей силы, не церемонясь. Все же, я ощутила, как потекла. Звуки входящего в мое нутро катализатора стали мокроватыми, чуть ли не хлюпающими.

Я уже даже закончила предвкушать, как сначала, после первых признаков возбуждения, что кончу, и все это закончится. Мне уже хотелось кликнуть – «Да! Да! Трахай меня еще, посильнее, не смущяйся с ней!», но остатки самоуважения и опаска, что меня на данный момент вправду порвут, не позволяли мне сделать это.

Пожалуй, мой организм уже был готов к взрыву, как вдруг мужик тормознул. Я чуть не зарыдала от досады – оставалось совершенно малость, но предстоящее было еще ужаснее. К моей бедной киске приставили симулятор, при этом тем концом, на котором был наибольший шар. Что это? Он собирается вести в меня игрушку напротив? Не успела я взмолиться, как толстый шар скользнул вовнутрь, растянув меня до невозможности. Я взвыла и дернулась, чуть не оторвав соски, но дело было изготовлено – толстый конец был во мне!

— Вот видите, Виктория Игоревна, этот катализатор как раз размером с мой член. Надеюсь, на последующем свидании вам сейчас будет еще комфортнее его принимать.

Я даже ничего не сделала возражение, чувствуя себя леденцом на палочке. По последней мере, я настолько же плотно была надета на свою свою «палочку». Чуток позднее пришло понимание того, что мужик произнес про величину собственного члена. Разве я смогу вынести такое 2-ой раз? «Ладно, произнесла я для себя, разберусь с этим позже». Пока же я услаждалась большущим шаром, скользящим во мне. Казалось, что он так громаден, что по животику бегает складка, так же, как по позвоночнику.

И опять я была безжалостно разочарована. Чпокнув в итоге, катализатор был вытащен из меня. Из меня так текло, что капли моих соков зашлепали на столешницу меж коленями.

— У тебя есть какие-нибудь трудности с заднепроходным сексом? – через туман услышала я.

— Нет, — на полном автомате ответила я, — нет заднепроходного секса – нет трудности… Что??? Что ты собираешься сделать???

Мои самые дурные предчувствия воплотились полностью. Насильник, видимо опасаясь, что серьезно задушу себя либо оборву соски, взял меня под гортань и за плечи и принялся вводить игрушку в мою попу, совершенно не привыкшую к такому воззванию.

— Тихо-тихо, расслабьтесь, Виктория Игоревна, — бурчал мужик, — Я желаю, чтоб возлюбленная дама время от времени пускала меня в свою попочку. Потому с нынешнего денька начнем ее разрабатывать. Поверьте, я буду очень обожать эту вашу дырочку!

Не глядя на мои крики и извивания, катализатор просто преодолел сопротивление сфинктера – на игрушке было столько моих соков, что даже не пригодилось никакого крема, так скользкой она была.

Я застыла от кошмара и боли, когда (к счастью узкий) конец тормознул. А позже меня принялись трахать в пятую точку практически также, как ранее в пизденку. Я кричала и пробовала сопротивляться, но мужик был неумолим, раз за разом засаживая катализатор, при этом все поглубже.

Но к собственному удивлению, я текла как и раньше, и болезненные чувства в саднящем анусе равномерно сменились приятностью. Мужик высвободил мое гортань от сгиба собственного локтя, и сейчас вовсю голубил то соски, то изнемогающее от этой ласки влагалище. И, это было неосуществимым, но я кончила! Я забилась в оргазме, ощущая, как сокращается мой анус на забитом в меня катализаторе, как по внутренней стороне ноги текут мои соки, заливая лужицей стол и какие-то бумаги…

Когда я пришла в себя, катализатор как и раньше растягивал мою попу, из меня все так же текло, но ужаснее всего было то, что перед моим лицом покачивался большой член. Агрегат в поперечнике вправду нисколечко не уступал катализатору в самой широкой его части. Я даже не пришла в кошмар от этого вида, а просто пребывала в глубочайшем изумлении.

— Откройте ротик, Виктория Игоревна!

Сейчас я ужаснулась и замотала головой, плотно сжав губы. «Вот все вы, мужчины, не умеете держать под контролем свои желания и не держите слова» — поразмыслила я, как будто загипнотизированная, таращась на страшный член.

Шлепок по попе стремительно привел меня в чувство и показал, до какой степени я могу сопротивляться – ротик мой здесь же послушливо открылся. Было все таки малость жалко, что мужик меня разочаровал. Но он пожал плечами:

— Не беспокойтесь, Виктория Игоревна, ваша добродетельность не пострадает – я не буду просить вас сделать минет на первом свидании, просто вы меня так завели, что я уже не могу ходить, так болят яичка…

Здесь он застонал, и мне в лицо хлынул поток спермы. Я так ошалела, что зажмурилась, забыв замкнуть губки, и сперма одномоментно заполнила весь мой ротик. Да еще я автоматом сглотнула все, что было!.. Мне было не достаточно того, что я кончила при траханьи меня в пятую точку пластмассовой игрушкой, не достаточно того, что все мое лицо залили спермой, которой я к тому же успела наглотаться, не поперхнувшись, так к тому же я испытала небольшой оргазм! Оргазм от того, что неведомый мне мужик кончил мне на лицо!..

Когда я стала малость соображать, мужчины уже и след простудился. Ремешки на руках и ногах были разрезаны, нити на сосках – тоже. Катализатор был все еще в попе, потому я, стоная в глас, вынула его и с трудом сползла в кресло. Оглядев стол, залитый спермой и моими соками, я поразмыслила, что, пожалуй, не буду разыскивать собственного необыкновенного хахаля. Да и приму все меры, чтоб второго свидания не было. Ну, по последней мере, какие-то меры приму. Ну, так, поберегусь немного… В конце концов, любопытно, что он выдумает в последующий раз… Я ведь хоть не шлюха, но полностью прогрессивная и раскрепощенная дама, и секс не на первом, а на втором свидании – звучит полностью достойно.

Добавить комментарий